Глава ВЦИОМ: «Власть обязана уметь навязывать обществу свою волю» | Бизнес и финансы

Глава ВЦИОМ: «Власть обязана уметь навязывать обществу свою волю»

#Коммерческий #кредит #бизнес и #финансы

Шизофрения на марше: в обществе растут симпатии и к большевикам, и к Николаю II, две трети граждан за Октябрьскую революцию, но не хотят новой

«И рыбку съесть, и на лошадке покататься», — так в двух словах настроены россияне. Подавляющее большинство не желает потрясений, но в обществе растет парадоксальный запрос на перемены при сохранении стабильности. Об этом в ходе презентации исследования об Октябрьской революции рассказал глава ВЦИОМ Валерий Федоров. Как молодежь влюбилась в большевиков и Сталина, а Владимир Путин стал для граждан и гарантом стабильности, и главным потенциальным реформатором — в материале «БИЗНЕС Online».

Валерий Федоров: «Много еще белых пятен. Историки без работы не остаются точно» Фото: ©Антон Денисов «РИА Новости»

«ПОЛНЫЙ ПЛЮРАЛИЗМ. В ТОВАРИЩАХ СОГЛАСЬЯ НЕТ»

Октябрьская революция 1917 года по-прежнему разъединяет российское общество, дискуссия о ней до сих пор не закончилась. Причем, решающего перевеса не имеет ни одна из сторон: и апологетов, и критиков переворота столетней давности почти поровну. Однако подавляющее большинство граждан считают, что для современной России кардинальные потрясения противопоказаны. Такие выводы содержатся в исследовании «Октябрьская революция 1917-2017. Перемены  VS Стабильность», подготовленном Всероссийским центром изучения общественного мнения, о чем накануне рассказал гендиректор ВЦИОМ Валерий Федоров. Результаты, полученные в преддверии столетнего юбилея грандиозного события XX века, особенно интересны в ретроспективном разрезе. Например, вопрос о том, выражала ли Октябрьская революция волю большинства народов, проживавших на территории Российской империи, впервые был задан социологами еще в 1990-м году. Тогда утвердительно ответили 36% респондентов, а отрицательно — 37%. И примерно каждый четвертый (27%) не смог определиться с позицией. «Полный плюрализм, в товарищах согласья нет», — намекнул на известную басню Федоров. По его мнению, такой разброс объясняется тем, что в то время в России активно пересматривалась история, прессу заполонили доселе неизвестные гражданам факты о революции, и в обществе царило некоторое замешательство. Спустя четверть века с гаком неопределившихся стало значительно меньше — 12%, а вот полярные мнения все так же уравновешивают друг друга: 45% выступают за «народность» революции, 43% — против. «Согласия по-прежнему нет», — повторил гендиректор ВЦИОМ. 

Сохраняется аналогичный раскол и по вопросу, в чьих интересах произошла революция. 46% считают, что ради большинства (из них 10% подразумевают все общество), и ровно столько же убеждено, что выиграло меньшинство (33% выделяют небольшую группу лиц). «Много еще белых пятен. Историки без работы не остаются точно», — резюмировал Федоров. 


«ВЛАСТЬ НЕ ОБЯЗАНО ДЕЙСТВОВАТЬ СПРАВЕДЛИВО. ОНА ОБЯЗАНО УМЕТЬ НАВЯЗЫВАТЬ ОБЩЕСТВУ СВОЮ ВОЛЮ»

О причинах, которые привели к Октябрьской революции, эксперты ВЦИОМ впервые спросили россиян в 2005 году. Тогда, как и сегодня, они предложили респондентам пять вариантов ответа и попросили выбрать один. Как и 12 лет назад, сегодня основной причиной революции считается тяжелое положение народа. «Если вспомнить Владимира Ильича Ленина, то обострение сверхобычного нужды и бедствия трудящихся масс выступает в его „Теории революции“ одной из трех главных причин революции. Но эту причину стали называть реже, — пояснил социолог. — Если в 2005-м году ее считали базовой 54% опрошенных, то сегодня только 45%».  

На втором по популярности месте среди причин, ставших детонатором октябрьского «взрыва», как и раньше, оказалась слабость власти. Доля выделяющих этот фактор россиян практически не изменилась: в 2005 году — 21%, сегодня — 20%. В этой связи глава ВЦИОМ напомнил еще одну «чеканную формулировку» Ленина: верхи не могут, низы не хотят. «В относительно стабильной ситуации власть не обязана действовать справедливо, это не ее родовое качество. Но она обязана уметь навязывать обществу свою волю. Если это качество исчезает, то власть довольно быстро перестает быть властью», — прокомментировал этот результат Валерий Федоров и перешел к третьей причине, которая имеет «интересную динамику». Она касается версии о том, что к Октябрьской революции привел заговор врагов русского народа. 12 лет назад только 5% опрошенных полагали, что это и есть главный фактор. Сегодня их доля выросла более чем в два раза до 12%. Четвертое место занимает «экстремизм политических авантюристов» — 7% (цифра не изменилась за минувшую дюжину лет), а на пятой позиции — «стихийная агрессия толпы» (4% против 5% в 2005-м). 

Какие цели преследовали организаторы и сторонники революции? 19% опрошенных считают, что ее инициаторы добивались «изменения политического строя», 13% полагают, что они хотели воплотить в реальность известный лозунг «власть — народу, фабрики — рабочим, земли — крестьянам». Еще 10% придерживаются мнения о том, что революционеры мечтали «изменить жизнь к лучшему», 9% думают, что вершители революции стремились достичь «равенства», а 7% выбрали вариант «хотели взять власть в свои руки». Остальные варианты, среди которых «свобода», «строительство коммунизма, социализма», «развал страны» и т.д. — набрали 4% и менее.  

Революция открыла новую эру в истории России — это комплиментарное и сверхпозитивное, как охарактеризовал его Федоров, суждение стоит на втором по популярности месте

«ДЛИТЕЛЬНЫЙ ПРОЦЕСС ПЕРЕСМОТРА ТОЧКИ ЗРЕНИЯ НА РЕВОЛЮЦИЮ НЕ ПРИВЕЛ К ЕЕ ТОТАЛЬНОМУ  ОСУЖДЕНИЮ»

Следующий вопрос исследования: к чему привела революция? «Мы предложили четыре варианта ответов. От самого радужного, комплиментарного для апологетов революции „открыла новую эру в истории России, дала толчок к социально-экономическому развитию“ до критических, скептических и негативных „затормозила социально-экономическое развитие или даже стала катастрофой“», — сообщил Федоров и напомнил, что в мировой науке до сих пор нет консенсуса о том, насколько эффективны или вредны революции с точки зрения развития страны. «Есть точка зрения, что революции — это локомотивы истории, процессы, которые устраняют барьеры, чрезмерно устаревшие правила, законы, традиции, мешающие динамичному развитию общества. А есть альтернативная точка зрения», — отметил глава ВЦИОМ и в качестве примера привел работу Алексиса де Токвиля «Старый порядок и революция», написанную в середине XIX века. В ней автор на конкретном примере Великой Французской революции показал отнюдь не радужную картину. «По его достаточно аргументированному мнению, Французская революция не подтолкнула вперед поезд истории, а сильно затормозила социально-экономическое развитие Франции. Если бы этой революции не было, то французское общество развивалось бы не только спокойнее и бескровнее, но и быстрее и эффективнее. Эта дискуссия не закончена и будет идти еще много лет», — резюмировал Федоров. 

Однако большинство россиян с выводами Токвиля не согласны. Несмотря на последовавшую Гражданскую войну и многочисленные жертвы, россияне в нынешнем исследовании ВЦИОМ проголосовали за революцию 1917 года. Они уверены, что страна и ее экономика получила толчок к развитию: если в 2005 году такую точку зрения разделяли только 28% опрошенных, то сегодня — 38%. И здесь существует определенный, который знаком постоянным участникам исторических интернет-форумов. Приверженцы этого варианта ответа доминируют в двух полярных группах. Во-первых, в самой возрастной « 60 лет и старше», что понятно: эти люди сформировались в советском обществе, и для них такая точка зрения была единственно возможной. Но в самой молодой категории «от 18 до 24 лет» так думают 47% респондентов, которые не только смутно представляют реалии начала ХХ века, но и советской-то эпохи не успели даже «понюхать». «Это очень интересный результат нашего опроса. Все больше молодых людей считают, что революция скорее продвинула нашу страну и придала ей ускорение, нежели ввергла в пучину бедствия», — подчеркнул глава ВЦИОМ. При этом в средних возрастных группах (от 25 до 59 лет) этой точки зрения придерживаются только 37%.  

Революция открыла новую эру в истории России — это комплиментарное и сверхпозитивное, как охарактеризовал его Федоров, суждение стоит на втором по популярности месте. Правда, если в 2005 году так думали 32% россиян, то сегодня — только 23%. Тем не менее, в общей сложности почти две трети опрошенных считают позитивными для российского общества последствия Октябрьской революции. 

На противоположном фланге группа тех, кто считает, что революция затормозила развитие России. Она довольно ограничена и не растет: 12 лет назад такого мнения придерживались 18% респондентов, сегодня — 14%. А точка зрения, согласно которой революция стала катастрофой для страны, по словам Федорова, и вовсе маргинальна. Так сегодня думают 13% опрошенных (впрочем, против 11% в 2005 году). 

«Длительный процесс пересмотра точки зрения на революцию не привел к ее тотальному осуждению и представления очень популярные на рубеже 80-90-х годов прошлого века, когда не только сама революция, но и весь путь, пройденный нашей страной в XX веке однозначно осуждались и рисовались сугубо черными красками, позади. Эта точка зрения не смогла утвердиться и стать доминирующей. Ее разделяют около четверти опрошенных. Большинство же склонны видеть в результатах революции не только плохое, но и позитивное», — прокомментировал эти цыфры Федоров.  


«БОЛЬШИНСТВО СТАРАЕТСЯ ПРОЖИТЬ ТАК, ЧТОБЫ РЕВОЛЮЦИОННЫЕ СОБЫТИЯ ИХ НЕ ЗАТРОНУЛИ»

Интересно, что авторы исследования решили измерить отношение современников к событиям столетней давности не только с позиции стороннего наблюдателя, но и с точки зрения «переложения к жизни каждого из нас». Участникам опроса предложили ответить на вопрос в сослагательном наклонении: «Что бы вы стали делать, если бы Октябрьская революция происходила на ваших глазах?». 

И вот тут у россиян, которые парой абзацев выше чуть ли не размахивали красными флагами, проявилось очевидное раздвоение личности. Самый популярный ответ: я бы переждал это время, не участвуя в событиях, так ответили 27% (в 1990 году таких было 13%). При этом 16% предпочли бы уехать за рубеж (против 10%), еще 15% высказались за активную поддержку большевиков, а 13% согласились бы поддержать их кое в чем. Любопытно, что в 1990-м году две последние позиции набрали соответственно 19% и 21%.  

По мнению главного редактора журнала «Историк» Владимира Рудакова, также присутствовавшего на презентации исследования, это нормальная история. «Только  

предреволюционный 1990-й год мог дать такую низкую цифру в 13% пассивного наблюдения за революцией. Пережив эти годы, население вернулось к норме, когда четверть воздерживается от какого-либо политического участия в принципе», — сказал историк. А Федоров добавил, что в любой стране революцию делает не большинство, даже если оно поднимает на свои знамена лозунги, а активное меньшинство. Большинство же старается прожить так, чтобы революционные события их не затронули — такая здоровая консервативная точка зрения. 

Интересно, что из политических течений 1917 года 32% опрошенных поддержали бы большевиков. Симпатии к ним растут в самой «дремучей» в историческом плане молодежной группе (18-24 года) — 25%, это самый большой показатель по всей выборке. На втором месте  — монархисты с результатом 5%, а 36% россиян не симпатизируют ни одному из течений.  

Нужна ли нам революция сейчас? И снова налицо очевидная шизофреничность общества. Несмотря на то, что 44% россиян не склонны мазать революцию только одной краской — черной или белой, лишь 5% респондентов желают новых потрясений. Тогда как абсолютное большинство, 92%, считает их недопустимыми, что бы ни случилось (12 лет назад так думали 78%). В то же время 30% (против прежних 61%) полагают, что революция в нашей стране возможна. При этом 63% говорят о том, что страна нуждается в стабильности, а за перемены и новые реформы выступают 30%. «Запрос на перемены есть, но не на политические, а жизненные», — пояснил Федоров. Больше всего «перемен требуют наши сердца» в сфере здравоохранения (42%), на втором месте (36%) люди хотят перемен в сфере борьбы с коррупцией, затем с 35% идет материальное положение. Далее — ЖКХ (31%), социальное обеспечение (30%), занятость (26%), система образования (25%).  

«Веря в способность обеспечивать не только стабильность, но и перемены в нашей стране меньше, но три четверти опрошенных полагают, что Путин — не только гарант стабильности, но и условие перемен»Фото: kremlin.ru

«НИКОЛАЙ II И ФЕЛИКС ДЗЕРЖИНСКИЙ ОБОГНАЛИ ПО ПОПУЛЯРНОСТИ ЛЕНИНА И СТАЛИНА»

В исследовании также представлен персональный взгляд на пятерку ярких фигур событий столетней давности. Участникам опроса предложили поделиться тем, какие чувства они испытывают, в частности, к Николаю II, Ленину, Сталину, Дзержинскому и Колчаку. В итоге здесь раздвоение личности у респондентов достигло апогея: наиболее симпатичен им оказался последний российский царь, при том, что ранее они массово поддержали большевиков – фактически, его убийц. Николаю II симпатизируют 60% россиян, а антипатию он вызывает только у 20%. Интересно, что в 2008 году позитивно о нем высказывались лишь 44%, тогда как динамика негатива почти не изменилась — 22%. Можно предположить, что свою лепту в популярность императора внесла шумиха вокруг фильма «Матильда», которую развернула неугомонная в своей одержимости Наталья Поклонская

Любопытно и то, что на втором место «Железный Феликс» (в его копилке 57% симпатий против 40% девятилетней давности). С антипатией к Дзержинскому относятся 19% вместо 24% в 2008 году. «Бронза» — у дедушки Ленина, и он тоже добрал очки: было 42%, стало 53%, доля негативных оценок не изменилась — 30%.  

А вот отношение к Сталину (он на четвертом месте в рейтинге ВЦИОМ) существенно меняется в обеих категориях. Народ всерьез истосковался по железной руке, которая загонит его к счастью. Если девять лет назад к лучшему другу спортсменов и железнодорожников испытывали симпатии только 28%, то теперь 52%, а негатив снизился с 48% до 30%. «Происходит ренессанс симпатий к Иосифу Сталину», — прокомментировал Федоров, и такие настроения неоднократно констатировали в последнее время другие социологические службы.  

Выход на пятую позицию Колчака, по мнению главы ВЦИОМ, связан с популярным фильмом и персонально с Константином  Хабенским, «нашим новым Колчаком». Хотя белому адмиралу далеко до отца народов. С симпатией к нему относятся 35%, а 37% испытывают антипатию. Следующие по популярности у россиян важные исторические фигуры 100-летней давности — Деникин, Троцкий, Бухарин, Керенский, Махно, Милюков.

Парадоксальные заключения получили авторы исследования, пытаясь выяснить у населения, кто такой, по их мнению, Путин — консерватор или реформатор. В итоге выяснилось, что 90% полагают, что президент может обеспечить стабильность в стране. При этом 72% уверены в том, что он сможет обеспечить перемены и реформы, а 23% убеждены в обратном. «Веря в способность обеспечивать не только стабильность, но и перемены в нашей стране меньше, но три четверти опрошенных полагают, что Путин — не только гарант стабильности, но и условие перемен», — пояснил Федоров.  

Подводя итоги, он еще раз отметил, что в обществе происходит переосмысление событий 1917 года. Крайние позиции ослабевают, революция все больше воспринимается как сложное, противоречивое, комплексное явление, имеющее и позитивные, и негативные аспекты. «Революционный энтузиазм, отмечавшийся еще четверть века назад, на волне перестройки, радикальных реформ, исчез. Сегодняшние респонденты предпочитают отсидеться в стороне, позволив другим участвовать в революционных схватках. Но есть и новый тренд на улучшение отношения к революции, который прослеживается в самом молодом поколении. Есть и запрос на перемены в посткризисной России, но на постепенные эволюционные перемены без потери стабильности, а не запрос на революцию. При этом парадокс в том, что запрос — как на обеспечение стабильности, так и на изменения — обращен не к оппозиции какой бы то ни было, а к Владимиру Путину», — резюмировал глава ВЦИОМ.  

А Владимир Рудаков объяснил феномен любования большевистским прошлым в молодом поколении тем фактом, что социальные катаклизмы со временем проходят серьезную переоценку. Обществу характерно идеализировать свое прошлое, ранее его отторгнув. Но героизация революции и большевизма не является трендом сегодняшнего дня в том смысле, что ее сторонники не хотят повторить путь тех, кто 100 лет назад перевернул историю России.